I didn't want to know ...
странная была эта ночь.
она так много изменила, так много отняла и подарила.
я в новом мире.. и не знаю, что здесь делать.
моя душа, разум, мысли - все рвется к крышам, где я могла бы долго смотреть на небо. На серое, черное, голубое - нет, это неважно.
С уверенностью делаю медленные шаги, навстречу крышам, и пройдя достаточно, зажмурив глаза, поворачиваюсь и иду обратно.
но раньше:
Темно. Уже темно. Я освещаюсь комнату одной электрической лампой.. той, которая ближе всех к деревянному и потрескавшемуся подоконнику. Она освещает лишь отдельные предметы: желтый лист, покоящийся на кедровых орехах, вышеупомянутый подоконник и книгу, лежащую на нем. Сеанс начинается, господа.
Я открываю книгу на недочитанной странице и все. Вы собираетесь вокруг меня, исчезаете и появляетесь снова. И все так явно: и черные глаза, и трость, и луна, в отражении зеркала. Но, черт возьми, ее нет на небе.
Галлюцинации? Гипноз? Нет, ни то, и ни другое. Это - вечность..
она так много изменила, так много отняла и подарила.
я в новом мире.. и не знаю, что здесь делать.
моя душа, разум, мысли - все рвется к крышам, где я могла бы долго смотреть на небо. На серое, черное, голубое - нет, это неважно.
С уверенностью делаю медленные шаги, навстречу крышам, и пройдя достаточно, зажмурив глаза, поворачиваюсь и иду обратно.
но раньше:
Темно. Уже темно. Я освещаюсь комнату одной электрической лампой.. той, которая ближе всех к деревянному и потрескавшемуся подоконнику. Она освещает лишь отдельные предметы: желтый лист, покоящийся на кедровых орехах, вышеупомянутый подоконник и книгу, лежащую на нем. Сеанс начинается, господа.
Я открываю книгу на недочитанной странице и все. Вы собираетесь вокруг меня, исчезаете и появляетесь снова. И все так явно: и черные глаза, и трость, и луна, в отражении зеркала. Но, черт возьми, ее нет на небе.
Галлюцинации? Гипноз? Нет, ни то, и ни другое. Это - вечность..